Голос в защиту любви...

Голос в защиту любви...

I. Современные представления о любви. Трагедия молодой современной семьи

Когда-то в одной замечательной книге о епископе Варнаве (Беляеве) я прочла во вступительной статье составителя удивительную мысль о том, что "наука страсти нежной", разлитая в мире, искусство, философия - все это представляется нам мудростью, а вот любовь к Богу - пресной водой. И далее: "Отказ от любви, потому что она - крест, а переживать влюбленность легко и приятно - стал жизненной позицией миллионов". Сам же епископ Варнава говорил: "...и безбожники любят друг друга, и бесовский суррогат такой любви прославляется в романах..."

Суррогат такой любви наблюдаем мы и в жизни сегодняшней - повсюду. Представления людей, особенно молодых, о любви и браке извращают то высокое, во имя чего Господь благословил брак. Молодые люди в 15-16 лет ищут любви, понимая под ней "быстрорастворимую близость" и чувственное удовлетворение. Но такая любовь (вне Бога), как писал о. П. Флоренский, столь же мало подлежит христианской оценке, как и физиологические функции желудка: "Имеет смысл употреблять это слово лишь в христианском смысле, оставляя без внимания семейные, родовые привычки, похоть и т.д."

Думаю, в этом также состоит одна из задач семинара - подумать над тем, как донести до молодых трепетное, теплое, истинное слово о любви? Есть такое выражение: "В начале было Слово, а не слова..." Так вот, как донести не сомнительные слова, а подлинное слово - до юных человеческих душ?

Юность сегодня в поисках любви пытается насытиться тем, что не насыщает, ибо, как писал Н. Бердяев, пол по своей природе не целостен, к целостности ведет лишь подлинная любовь.

Ныне издается масса газет, журналов, так или иначе в разных вариантах смакующих это слово - любовь. Даже непристального взгляда на всю эту продукцию достаточно, чтобы вспомнить слова из стихотворения "Овидий" архиепископа Иоанна Сан-Францисского (Д.А. Шаховского):

Овидий, ты сказал не о любви,
Которая нам тайны открывает.
Свою любовь любовью не зови,
Она, как иней легкий, утром тает...

Чем больше размышляешь над современными представлениями людей о любви и над тем комплексом чувствований и переживаний, который принято считать любовью, тем больше осознаешь - это как бы о любви. А если быть точнее - скорее о нелюбви, а той "любви", которая по нутряной сути своей тождественна поцелую Иуды. К сожалению, множество молодых людей сегодня даже не подозревают, что существует абсолютно, очень целостный взгляд, который предлагает людям христианство, Православие. И трагедия современного человека в том и состоит, что он далек от него.

Нынешняя так называемая сексуальная революция не освободила, а обманула, поработила людей, сделав сутью совместной жизни в браке - не чувство, по И. Ильину, духовной сопринадлежности взаимной, а самоудовлетворение, которое в конце концов однажды поворачивается своей потаенной стороной, имя которой - эгоизм. И тогда в семье начинается одиночество вдвоем, начинается ад. Это неизбежно, ибо если в основе брака лежит инстинктивное влечение и половая потребность, он является не более, чем биологическим сочетанием, элементарным "рядом-жительством" и обречен на разложение и распад, т.к. из похоти плоти - "короткое дыхание".

И. Ильин (есть смысл перечитывать его вновь и вновь!): семья, растрачивающая силы на судороги взаимного отвращения, ненависти, подозрения и "семейных сует" - настоящий рассадник больных характеров, психопатических тяготений, неврастенической вялости и жизненного неудачничества. Отец Иоанн Крестьянкин в своих проповедях с болью пишет о том, что враг восстал на семью и материнство и нужно срочно возвращать Богу нашу малую Церковь, нужно именно в семье "возжечь лампаду христианской жизни в Боге".

Когда-то в пору древнерусского, святорусского домостроя семья действительно была крепостью, она была домом, защищающим человека от суетных, пустых ветров окружающего мира. В одной из газет я прочла интересные размышления о том, что славянский человек понимал домостроительство как неустанную духовную работу и идеал домостроительства сводился к тому, чтобы дом был таким, "...как в рай войти".

Люди в старину понимали, что любовь имеет корнем своим "святые души" (о. П. Флоренский), поэтому и любовь возможна постольку, поскольку жива душа...

II. Что такое духовная любовь? Семья - как остров духовной жизни

Я очень люблю роман нашего глубоко православного писателя И. Шмелева "Пути небесные", где и показан опыт любви в Боге (в литературе это едва ли не единственный пример подобного отображения). Герой - поначалу неверующий скептик, инженер В. Вейденгаммер и глубоко верующая, кроткая послушница Страстного монастыря Даринька. Прорастая в Бога, они одновременно прорастали друг в друга. Пример духовной любви.

Самая драгоценная для меня мысль в романе следующая: семейное счастье, не осененное, не благословленное благодатью свыше, - темное счастье. Сам И. Шмелев в молодые годы после свадьбы уехал в свадебное путешествие не куда-нибудь, а на Валаам. И там его поразило, что люди, отдавшие жизнь служению Богу, все сомнения и внутренние противоречия свои разрешили одним: во имя... А значит, счастлива та семья, в которой все делается во имя Боже?..

Молодым хочется счастья. Это так естественно в 18-20 лет. Нов поисках этого счастья так легко заблудиться! (Случаен ли семантический акцент на корне "блуд"?) Святоотеческий опыт, опыт нашей веры и любви говорит нам о том, что счастье семейной жизни определяется способностью молодых ко взаимной духовной любви.

Ибо счастье дается только любовью долгого и глубокого дыхания; а такая любовь возможна только в духе и через дух" (И.Ильин).

Отец Г. Фаст пишет, что слова апостола Иоанна Богослова "Бог есть любовь" можно прочесть и наоборот "Любовь ест Бог". Это означает, что никакой небожественной любви не существует и если мы хотим говорить об истинной любви, а не о подменах, мы должны говорить о Боге.

Только дух имеет "достаточно глубокое и длительное дыхание для того, чтобы творчески поддерживать естество семьи", Вспомним известную гоголевскую формулу: от Божией любви должна происходить всякая любовь на земле. Отец А. Коник в одной из книг пишет: "...из любви к Богу вытекает любовь к человеку, а не наоборот".

Известно, что Крест Христов - это символ любви к Богу и ближнему, их неразрывности. Вертикаль - любовь к Богу, соединяющая земное и небесное, горизонталь - к ближнему. Провозглашаемая нами любовь к отдельному человеку без любви к Богу (вне Бога) - есть "извращение любви" (о. А. Коник). Опять вспомним Н. Бердяева: "...не в сексуальном акте совершается соединение любви... В Боге встречается любящий с любимым".

Понимание каждым человеком (особенно молодым) сути, природы любви земной и небесной, глубинной укорененности друг в друге двух неразрывных начал: любви и веры - чрезвычайно важно, драгоценно.

Человеку доступна двоякая любовь: инстинкта и духа. Свою высшую форму она приобретает тогда, когда срастается с духовным опытом человека или прямо вырастает из него. Любовь инстинкта как кратковременное вожделение, каприз плоти - быстро проходит в силу своей подслеповатости. Поэтому в семье люди должны "желать не только утех любви, но и ответственного совместного творчества, духовной общности в жизни, в страдании и в поношении времен, по древнеримской брачной формуле: "Где ты, Кай, там и я, твоя Кая". Важно в семье не душевное подобие или одинаковость характеров, а однородность духовных оценок...(И. Ильин).

В стародавние времена (почитайте Мельникова-Печерского и др.) семья почиталась по признакам: усердно ли Богу молятся, строго ли посты соблюдают, по скольку кафизм в день прочитывают, да каждый ли праздник службу правят. Люди понимали, что в центре совместной жизни должно быть Евангелие, вера в Бога, благочестивая жизнь по заповедям. Псалом 126: "Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущие..."

И наоборот, Господь - как единственный источник живой и истинной любви - самая сильная связь, соединяющая человеческие души и сердца. Чем ближе к Богу муж и жена в одной семье, тем ближе они друг к другу (по известной формуле Аввы Дорофея). Духовную цельность любовь двоих обретает только в вере, в Боге.

Я очень солидарна с мнением о. А. Коника о важности понимания того, "правильно ли мы любим". Большинство людей ищет облегченных путей, пытаясь уклониться "с крестного пути любви Христовой на иные дороги, но нет иного пути, как нет иного Бога..."

Молодежь проходит ныне университеты любви на улице и через систему лжепросвещения в СМИ и на ТВ. К сожалению, достойного противовеса этому пока нет, не достигает их пределов христианское слово о любви.

III. Тайна супружеской любви во Христе

С точки зрения православной антропологии, человек - образ Божий. А значит, нужно любить в Боге того, кого мы любим. В таинстве брака Господь открывает образ Божий в супруге. Проф. Троицкий пишет: "Любовь является таинством уже потому, что она объективно объединяет нас с Богом, Который и Сам есть любовь", Климент Александрийский называл семью домом Господним.

И чтобы стать таким домом, семья, по мысли о. Г. Каледы должна обладать некоторыми признаками Церкви: должна созидаться на взаимной любви, быть местом совместной молитвы, просвещения Словом Божиим, местом творения дел любви, добра.

Если же в семье не строится совместная духовная жизнь, уходит и подлинное видение образа Божия в любимом человеке и остается лишь разочарование, "кухня, халат и немытая посуда" (о. Б. Ничипаров). Все помнят детскую сказку Г. Андерсена "Снежная королева". Тролль, злющий-презлющий ("то был сам дьявол") изобрел зеркало, в котором все доброе становится маленьким, а безобразное выступает ярко, выпукло. Вот такое лукавое зеркало и подставляет тролль живущей без Бога семье, сея в ней холод, суету, страсти. Святоотеческий опыт свидетельствует: если в любви нет Бога, они принимает страстные, нездоровые формы, становится идолопоклонством. Но идол однажды рассыплется.., ибо "было два человека, был любовь, но не было между ними Христа".

Логика развития подобных отношений в молодых семьях примерно следующая (прекрасно описанная В. Тростниковым, публицистом). Поначалу человек, испытывая голод любви, ищет ее вовне, в другом человеке. Понятно, если чего-то нет в тебе самом, то будешь искать это в окружающей тебя жизни, обманчиво полагая иметь любовь по "принципу обладания" (пользуясь современной терминологией философской литературы о любви) и не понимая, что любовь нельзя иметь.

Даже человек, предположим, находит свою земную влюбленность (долго искал и наконец нашел: "Мое"!). Понятно, что такая любовь настроит его собственнически, эгоистично. Но именно такая любовь-самость, опирающаяся на "скверную басню об обоюдном блаженстве" (В. Соловьев), на стремление любить ради удовольствий самой любви - в основе многих современных браков. Отсюда и мода на брачные контракты: вступая в отношение любви (?), обе стороны стараются при этом защитить свой тыл, сохранить за собой право быть "ничьим" или "ничьей", ничем не жертвовать. Такая любовь не спасает, она не имеет понятия о самопожертвовании, она боится жертвовать, т.к. не видит в этом смысла.

На эту тему есть прекрасная повесть "Доминика" Я. Мельника. Страшный путь человека. Идущего в любви путем торга, отстаивания своей мифической, пустой свободы. В понятие любви каждый из нас вкладывает определенное содержание. И тот, кто живет вне духовных категорий и духовных представлений о мире, оказывается рабом немыслимого заблуждения - любовь не нужна, она абсурдна, не имеет смысла... В мире без Бога логичен вопрос: зачем и во имя чего эта жертвенная любовь...

В газетах мы читаем многочисленные истории семейных драм, сетования на обман и измены. В большинстве случаев люди обманывают себя сами, ибо не зная Бога, человек неизбежно обманут жизнью. Отец Д. Дудко пишет, что семья требует подвига, а люди привыкли чувствовать себя свободными от всего, путая свободу с произволом. Мир трактует понятие любви широко и развязно, и далек от понимания того, что всякая истинная любовь есть по существу религиозное чувство, плод Духа, а значит, требует от человека большой внутренней работы.

Святитель Феофан Затворник писал, что подлинная любовь - рай духовный, но нами потерянный. И на поле наших сердец, заросшем сорняками страстей, не растет дерево любви. Потрудиться над собой нужно, чтобы выросло оно, дерево это, чтобы в сердце проклюнулся корешок любви...

Н. Пестов, излагая опыт построения христианского миросозерцания, подчеркивает, что брак есть крест и потому в браке модно либо приблизиться к дверцам рая (учась христоподражательной любви), либо снизойти в преисподнюю.

Запомнился мне очерк об одной православной семье из глубинки: батюшка, матушка, дети. Живут, Богу молятся, чтобы даровал Господь каждому сил для собственно креста, причем эти собственные кресты составляют один большой, по выражению журналистки, семейный крест, который несут не по очереди, а вместе. Мера страдания в семье много выше меры радости.

"Совместно подвизаясь за Христа" - вот, на мой взгляд, краткая и точная формула православного понимания брака. "Православно иго двух верующих, - говорил Тертуллиан, - имеющих одну и ту же надежду, живущих по единым правилам, служащих Единому Господу".

Многие люди, пройдя болезненный путь личных разочарований, выбираются из тупика, "начиная осознавать, где нужно искать" (В. Тростников) и понимая наконец, что любовь - очень самодостаточное состояние души, не зависящее от другого человека (проблема, мол, в том, чтобы достойного найти), но напрямую связанное с нашей личной способностью любить. Любовь как путь, жертвенный и светлый. Как принцип твоего бытия. Тот самый образ поющего сердца И. Ильина, любящего сердца, из которого любовь струится живым потоком и не иссякает. "Это происходит, - пишет философ, - тогда, когда человек приводит свою глубину в живую связь с неразочаровывающими драгоценностями неба и земли, с Богом.

Заключение. Возможности диалога с молодежью о вере и подлинной любви

В нынешнее время очень важно найти живые формы православного диалога с молодежью через разные каналы: приходские структуры с организацией именно возрастных воскресных школ и лекториев (учитывая особенности 13-17-летних) система общеобразовательной и высшей школ, пресса и телевидение. Многие справедливо отмечают, что молодежь осознанно пойдет в Церковь тогда, когда увидит, что ее проблемы и боль близки, понятны Церкви. Здесь, наверное, огромную роль сыграла бы молодежная православная пресса, а точнее - православно ориентированная, для молодых людей, присматривающихся к Церкви, ищущих себя, интересующихся духовными вопросами. Такой прессы, насколько я знаю, нет, сколько-нибудь молодежного направления (в рамках "Разговора с нецерковным молодым человеком").

Интересны, наверное, были бы разработанные авторские тематические циклы или программы по проблемам, волнующим молодежь (взгляд Православия), выпуск молодежной православной книжной серии на разные темы (обязательно талантливо, живо написанной людьми, хорошо знающими молодежную субкультуру изнутри, имеющими личный внутренний опыт общения в системе).

Есть ли такой наработанный опыт сегодня?

Молодые люди (большинство) в духовном смысле бездомны. Ощущая жизнь как мир "нумерованных пустырей", испытывая голод душевный, они ищут одухотворенное пространство в музыке, литературе, общении друг с другом. И не находя искомого, бросаются в другие крайности, потому что понятия "дом" и "душа" взаимно выводимы друг из друга и обретение внутреннего дома идет параллельно возврату к своей душе, ее святыне. Ответ на их душевный надлом, на их "рваные поиски" себя может дать только Православие, только вера.

Как бы ни складывалась сегодня жизнь, душа (особенно молодых!) в силу своей природы быстро перерастает все то, что предлагает реальный мир - суету, денежные страсти и т.д. Рождающаяся внутренняя скука толкает молодежь искать какую-то иную идею пути. И в этих поисках одним из главных вопросов выступает вопрос веры, перекликающийся для некоторых с вопросом "быть или не быть""... (печально известное: "Остановите землю, я выйду...").

Что же касается литературы о браке, любви, домостроительстве, то рядом со святоотеческими творениями, трудами по богословию и аскетике, житийной литературой - тоненький ручеек подобных изданий практически теряется. А то, что есть, по замечанию А. Рогозянского, на 9/10, как правило - простенькие, перепевающие друг друга брошюры, не затрагивающие проблем воцерковления семьи в современных условиях, дающие как бы схему "идеальной семьи" (часто даже без примеров). Поэтому не удивительна "тоскливо-печальная" реакция читателя: нам бесконечно далеко до идеалов и реально-сущая жизнь не вмещает этих откровений. Т.е. на вопрос, как практически жить по этой схеме в сегодняшней ситуации - ответа нет.

Протоиерей Глеб Каледа, полагая серьезнейшей задачей нашего времени созидание домашних церквей, писал, что они существовали на протяжении всей истории христианства и нужно собрать, систематизировать этот богатейший опыт любви и веры, написать историю домашних церквей.

Житийная христианская литература (жизнь св. Петра и Февроньи, св. Марии и Кирилла (родителей преподобного Сергия), жертвенная любовь в семье св. праведной Нонны, св. вмч. Анастасии Узорешительности и др.) несет свет подлинной любви в Боге.

Этого света, по мысли о. Г. Фаста, всегда очень не хватало мировой литературе, не коснувшейся любви духовной, отсюда - ее трагизм, уныние, декаданс в отображении любви. Грешный мир не знает того света любви, который есть в святоотеческой литературе, думая, что его нет. А он есть. Когда о. Артемий Владимиров идет в школы к старшеклассникам, он выбирает рассказ о святой Елисавете Феодоровне: "Вот это - идеал: красивейшая женщина Европы, целомудрие которой сделало ее белым ангелом России!"

Нельзя обойти вниманием труды проф. Протоиерея В. Зеньковского, И. Ильина, Н. Пестова, Леонтьева, Лосского, православных писателей-современников, журналистов и публицистов в лице В.Беляева. В. Лигутина, М. Лобанова, В. Распутина, В. Крупина, в. Солоухина, В. Тростникова, В. Курбатова, Д.Балашова, Н. Конева, С. Куняева и др. Роль последних как писателей, в своем творчестве рассказывающих об отечественных святынях, истинных подвижниках веры, о нашей славной Истории - очень значима.

Все это представляет собой огромное богатство, еще не переведенное на язык молодого читателя, но столь необходимое молодой ищущей душе.

С молодежью сегодня по-прежнему никто не говорит о главном. Она не чувствует своих корней, не видит целей, потому так легко обольщаема западным ценностями. Нужно искать сегодня новые формы, новый язык и образы, новые методы и возможности диалога с молодыми, способные поддержать их на пути духовных исканий и размышлений о любви, о вере, о Боге.