Публикации

Память человеческая

Дата публикации  Количество просмотров
Все публикации автора
Автор:
Ольга Крестинина
Память человеческая

Несколько лет назад, произошло знакомство с Григорием Ефимовичем Герасимовым. Он рассказал нам о Раифском монастыре, о тех чувствах, когда он еще мальчишкой приходил сюда вместе с родителями или с ребятами окрестных деревень в дни больших церковных праздников. С той встречи прошло десять лет, но сегодня мы решили воспроизвести рассказ Григория Ефимовича, чтобы еще и еще раз показать картинки из прошлого Раифской обители... Сравнить с тем, что имеем сегодня...

— Родился я неподалеку от Раифы, в Ильинке. В семье нашей все с Господом в душе жили. Две моих старших сестры в Ильинском церковном хоре пели. Голоса сильные были, высокие. Одна-то из них потом регентом в Лопатинском (Волжском —  от ред.) храме служила. Помню себя с лет 10-12. Я бойкий был тогда, шустрый. Впрочем, как и все мальчишки, наверное. Больше всего нам нравились большие праздники, когда у ворот монастыря собирался народ со всей округи. Мы то и дело спрашивали у родителей, скоро ли праздники. Почему? В Троицу, на Рождество тогда на площади у монастыря (где сейчас находится детская исправительная колония — от ред.) устраивались большие ярмарки. Даже медведей привозили — они на задних лапах ходили. Ждали праздников все: от мала до велика. Взрослые после службы — на ярмарку, а мы, мальчишки, — на карусели. Уж больно покататься любили. Целыми днями на них висели... Раньше в Раифу очень много людей приходило. Со всей округи. Ничего не пугало: ни непогода, ни расстояния. Из Ильинки минут 40 ходу, а нам, мальчишкам, и того меньше — бегом, вперед родителей.

Рассматривая старые фотографии на стенах редакционного кабинета, вспоминал Григорий Ефимович детство, узнавал постройки того времени. Многое, конечно, уже стерлось из памяти, но яркие моменты вряд ли когда забудутся...

— По этой лесной дороге сотни раз ходили. Дорога от Ильинки называлась Малым бором.

Архивные фото Раифского монастыря

Грибов, ягод вокруг — несчесть. Здесь и в то время был заповедник, поэтому больно-то не пускали. В здешних лесах и лисы, и барсуки водились, и волки. Рыбку ловили — я и до сих пор любитель порыбачить. В местечке, где сейчас раифская автобусная остановка, два больших пчельника держали — монастырь-то богатый был. На Медовый спас, помню, прибегал сюда с ребятишками с кружками, с мисками медом полакомиться — монахи в праздник всем раздавали, каждому по черпаку. А мы, мальчишки, по два раза умудрялись в очередь встать. Нас стыдили, конечно, а мы, что ж, глупые еще совсем, чашки бы вымыть надо, чтобы не догадались...

Но это все так, баловство! Конечно, когда в храм заходили, сразу тихими становились. Помню, что в двадцатые годы, как и сегодня, под- росточки во время службы прислуживали. Я это очень хорошо запомнил, так и стоит один перед глазами: небольшого росточка паренек в подряснике кадило подает. А прихожан на службе — сотни.

Помню и крестные ходы. Когда в престольный праздник иконы Пресвятой Богородицы «Грузинская» возвращалась в Раифскую пустынь, мы ходили встречать ее в Васильево, на Волгу. Столпотворение было. Как демонстрация, сплошным потоком шли. Ее несли на больших длинных жердях. Из Васильево — пешком через Ильинку в Раифу, затем ее провожали в Седмиезерскую пустынь, там она и зимовала...

1930 год, когда ГПУ произвело аресты оставшихся в монастыре монахов, Григорий Ефимович почти не помнит. Только по рассказам старших. Знает, что шесть насельников обители были расстреляны... Монастырь закрыли, превратили в колонию... «Колонисты частенько убегали, — вспоминает Григорий Ефимович, — даже в Ильинку и в Белобезводное прибегали...».

В 1932 году Григорий Ефимович уехал из этих мест. Но в 1939 году, отслужив в армии, он снова вернулся в Казань. Всю войну проработал на военном заводе, строил самолеты. Много лет был секретарем парторганизации...

Я тогда почти не появлялся в Раифе, но знал, что здесь происходит. У меня сад рядом, 25 лет уже. Так что вся история перед глазами... Сколько воды утекло. Вот и жизнь проходит. Жены моей уже нет на этом свете. Нет и сына Виталия. Он военным летчиком был. Трагически погиб в Германии в 1973 году. Дочь Тамара с семьей подалась в Мордовию, поближе к Санаксарскому монастырю, теперь там дом строят. А я вот здесь... В Раифу приезжаю, к святыни приложусь и жить вроде легче становится.

Григорий Ефимович передал нам свое стихотворение:

Предлагаю вам я на досуге
Монастырь Раифский посетить,
Оставив городские звуки,
Себя благодатью окружить.

Дорога к храму — загляденье.
Вековые сосны кругом стоят.
Монастырского леса деревья
Своим нарядом удивят.

Когда подъедешь ближе к храму,
Увидишь стены впереди,
И колокольня величаво
Стоит там леса посреди.

Когда войдешь ты в храм Грузинский,
Внутри увидишь — лепота!
Куда ни взглянешь, ни посмотришь — все неземная красота.

Посетите ту обитель,
Гдже мальчишкой я бывал.
Раифу кто еще не видел,
Тот очень много потерял.

Источник: Раифский вестник

Теги:
Раифский монастырь
Раифа

Православие в Татарстане

Новости партнеров

Все публикации