Публикации

Причал уединенных сердец

Дата публикации  Количество просмотров
Все публикации автора
Автор:
Юлия Андреева
Причал уединенных сердец

Макарьевский монастырь — причал уединенных сердец, спокойных мыслей и светлых чувств. Здесь, пожалуй, как ни в одном другом монастыре Казанской епархии особенно чувствуется иной ход времени: оно замедляется, захватывая и увлекая даже случайного путника, словно осенний лист, падая с высоты, летит плавно и неторопливо…

Проезжающие теплоходом по Волге туристы, завидев издалека на крутом обрыве белокаменную, златоглавую христианскую обитель, обязательно пожелают остановиться. Будто неведомая сила влечет их заглянуть за ограду монастыря. Шумно, весело, громко переговариваясь и обмениваясь впечатлениями, они проходят через монастырские врата, но «по ту сторону» происходит с людьми резкая метаморфоза. Разговоры становятся тише, женщины прилежно ищут в сумочках платочки, торопясь совершить крестное знамение...

Монахам Макарьевский пустыни такая картина хорошо знакома: шумная туристическая братия, спустя краткую и пусть даже поверхностную экскурсию в Святую обитель, выходит в мир с другим настроением: притихшая, задумчивая. И они в молитвах не оставляют этих случайных людей, может быть, именно здесь, в тихой скромной обители кто-то из них впервые задумается о ценностях и смысле своей жизни, кто-то впервые поставит свечу с особым чувством раскаяния и прикоснется к Вечности.

Так же, как и современных туристов, вид на Макарьевскую пустынь поразил своею красотой и величием царя Павла I, путешествующего по Волге с семьей и большой свитой. Государь пожелал сделать здесь остановку, чтобы полюбоваться храмами и узнать подробности основания святой обители в языческом окружении, посреди глухого леса. Ему поведали, что, по преданию, именно здесь в середине XV века останавливался на ночлег старец Макарий, возвращаясь из басурманского плена со спасенными им сорока воинами и другими людьми. Эта история плена и чудесного освобождения 90-летнего инока заслуживает отдельного рассказа.

Преподобный Макарий родился в 1349 году в Нижнем Новгороде в семье благочестивых родителей, получив по тем временам прекрасное образование. И уже в 12-летнем возрасте почувствовал сильное стремление к уединенной монашеской жизни. Удивительно, что желание это было услышано, архимандрит Дионисий (будущий архиепископ Суздальский), несмотря на нежный возраст, постриг его в монахи. Через три года юношу отыскали опечаленные разлукой родители, но Макарий, вероятно, ограждая себя от искушения вернуться к ним, не пожелал даже встретиться с отцом, в утешение лишь сказав: «Поверь, лучше для нас обоих будет, если не увидимся мы здесь, а увидимся там в вечности».

Вскоре молодой монах тайно, не прощаясь ушел из городского монастыря и поселился в скромном ските на реке Лух. Прошло время и промысел Божий привел в скит первых людей — духовных детей инока, которые пожелали вести вместе с ним жизнь уединенную. Святой Макарий основал здесь обитель, обустроил храм в честь Богоявления Господня. Но долго среди людей он оставаться не мог и вновь тайно вынужден был покинуть монастырь. Инок долго блуждал в поисках подходящего места и остановился возле озера Желтого, расположенного на левом берегу Волги. Здесь он выкопал себе пещеру и продолжил иноческий подвиг. По преданиям не только православные христиане, но даже язычники и мусульмане с уважением относились к праведнику, просили совета и молитвы. Многие из них со временем обратились в христианскую веру, и святой Макарий, приняв сан игумена, основал еще одну обитель на берегу этого священного озера. Воздвигнув обитель во имя Святой Живоначальной Троицы, инок стал проповедовать веру Христову черемисам, татарам и чувашам.

Трагедия пришла в 1439 году, когда в Нижний Новгород вторглись татары под предводительством Мамотяка — сына Казанского хана. Насельники Святой обители были убиты, настоятель взят в плен. Когда святого Макария доставили в Казань, то правитель города Улу-Махмет захотел лично с ним побеседовать. О чем долго говорили христианин и мусульманин — осталось для потомков тайной, известно лишь, что после этой беседы хан распорядился отпустить старца домой и совершил невиданное милосердие, разрешив вместе с ним освободить еще почти полтысячи пленных новгородцев. В свою очередь, Казанский хан попросил старца не возвращаться в обитель у Желтого озера: «Та земля наша теперь». Так что из Казани 90-летний старец отправился с намерением предать братьев земле по христианским обычаям и отвоевать у грешного мира еще одну святую землю. Что и было им сделано впоследствии в Унжени, а пока, «неся в устах молитвы», Макарий исцелял души и тела пленников. Новгородцы остановились на ночлег у подножия горы, здесь молитвами старца освящен был источник. Преподобный Макарий получил от Бога дар чудотворений, который не ушел с его физической смертью. Частица мощей святого хранится в Макарьевской пустыни, покровитель монашества, слава Богу, и сегодня не оставляет нас, грешных…

Основание монастыря произошло более чем век спустя. Преподобный завещал своим ученикам «в память избавления своего от рабства устроить обитель на том месте, где он останавливался, возвращаясь из Казани», на месте, где Свияга встречается «со старшей сестрой» — Волгой. Но его ученики долгое время не могли исполнить завета, ведь земля, указанная старцем, была частью Казанского ханства. А после покорения ее войсками Иоанна Грозного возможность такая представилась. Один из иноков Унженской обители, схимонах Исаия пришел сюда, когда власть «устоялась». В середине 17 века начал он обустраивать пустынь, освященную молитвами преподобного Макария. Основатель обители человеком был добродетельным, миролюбивым, а за свою благочестивую и благообразную жизнь удостоился любви братьев и памяти потомков.

Небольшая Святая обитель, казалось, отвоевала у леса небольшое плато на крутом обрыве. Впрочем, ландшафт местности до открытия Куйбышевского водохранилища был здесь совсем иным: не столь многоводная река, по весне наполняла километры обширных заводей. Водились здесь журавли и другие редкие птицы, поскольку их речное «меню» было весьма богатым. Впрочем, и по сей день монашеская братия часто пополняет скромную трапезу свежей рыбой. Как говорят сами иноки, рыбная ловля — одно из самых любимых послушаний.

Во все времена монастырь был невелик, но основателен. Изначально многие постройки делались «на века» — из камня. В 1691 году начались службы в новом каменном храме, верхняя церковь которого освящена в честь Вознесения Господня (в память того, что преподобный Макарий получил свободу именно в этот праздник). Нижняя церковь освящена в честь Ватопедской иконы Божией Матери и Макария Желтоводского.

После резких екатерининских реформ монастырь едва сводил концы с концами, а в 1764 году пустынь была отписана Свияжской обители и находилась на гране закрытия. Так бы и случилось, если бы не участие Павла I. Государь пожертвовал монастырю из казны, наказывая строить каменные стены и храмы. Впрочем, пустынь, даже благодетельства царя так и не была включена в штат — не получила содержания, но получила во владение лес, находившийся рядом с обителью, пашенную землю и луга села Красновидиво, озеро да мельницу.

Удивительно, что о существовании чудного места знали немногие, но обитель по тем временам обустроена была вполне современно. Помогать в этом усердно стали и «соседи» — купцы из Свияжского острова-града. Их покровительство было не случайно, ведь многие из знатных горожан желали покоиться на освященном макарьевском кладбище.

В разные годы пустынь была ссыльным местом. В 1693 г. сюда под церковную епитимию выслали епископа Андрусского Арсения. Казанский митрополит Тихон за кротость, благочестивую жизнь и полное раскаяние возлюбил его и часто навещал, а после смерти похоронил старца в «пещерке» монастыря. Позже, через русского резидента в Константинополе Петра Андреевича Толстого он добился брату по вере полного прощения.

Игумен Глеб (Владимиров): душевная гармония постигается путем очищения души

В пустыни никогда не бывало большой братии (сегодня здесь проживает 16 человек). Даже во времена расцвета здесь жили не более двадцати иноков. Но при небольших размерах и скромных доходах в XIX веке начался новый этап строительства. Заботами настоятеля отца Макария был заложен двухэтажный дом для братских келий, кухни и трапезы. К 1839 году стараниям иеромонаха Антония восстановлен храм Вознесения Господня. При храме была сооружена каменная колокольня. Одной из почитаемых икон здесь считалась Ватопедская Божия Матерь, привезенная в начале XIX века из Афона. Еще через несколько лет в дар обители со святой земли афонской прислан был образ святого великомученика Пантелеимона с частицей его исцеляющих мощей. В Казанской епархии в то время нигде больше не было подобной святыни. Поэтому богомольцы во множестве стекались туда, прося у Целителя духовного и телесного здоровья.

Оба этих дара связаны с именем насельника монастыря отца Нила — человека весьма необычных талантов и судьбы. Вот как о нем писалось в известиях по Казанской епархии в конце 19 века: «Отец имел хороший почерк и слог ихображения своих мыслей. Письма свои к кому бы то ни было писал весьма обширные. А свободное от молитвы время он употреблял на чтение книг Святого писания или на письмо, нередко просиживая всю ночь на стуле при огне. Тут же, забывшись, уснет, очнется и опять примется за письмо или чтение…» И все же инок прославился отнюдь не своим образованием или даром просветительства.

Отец Нил был уникальным… сборщиком пожертвований. Родившись в беднейшей семье, за всю жизнь не потратив на себя копейки лишних сбережений, он щедро помогал сиротам, вдовам и бесприданницам. Это был настолько деликатный, внимательный, но при этом аккуратный и рачительный, а главное, безупречно честный человек, что люди без сомнения доверяли ему миллионы. Интересно, что по бедности своей родители в отрочестве прочили ему монашескую жизнь, но Николай Васильевич противился этому, и из протеста даже оставил на старшем курсе Казанскую духовную семинарию. Поступил работать в Казанскую казенную палату по контрольному отделению, а через некоторое время был назначен помощником контролера. За свою усердную службу и нравственные качества (он вовсе не брал взяток) неоднократно возглавлял рекрутские комиссии. Экономия, которая во все времена была жизненным девизом этого человека, позволила ему скопить денег и купить крошечный домик на Троицкой улице, возле Булака. В прислуге он держал древних старух, жизнь вел скромную и тихую. А в возрасте 35 лет встретил любовь всей своей жизни. Его невестой стала дочь отставного солдата-барабанщика, скромная, работящая и добродетельная. Но выбор невесты так сильно н понравился его родителям, что те не дали своего благословения, но и (неслыханное дело!) отправились к председателю казенной палаты, упросив, не давать сыну разрешения на брак. Такое сопротивление сломало весь уклад мирской жизни. Смирившись воле родителей, оставив невесту, а затем дом и работу.

Экономия, которая во все времена была жизненным девизом этого человека, позволи­ла ему скопить денег и купить крошечный домик на Троицкой улице, возле Булака. В прислуге он держал древних старух, жизнь вел скромную и тихую. А в возрасте 35 лет встретил любовь всей своей жизни. Его невес­той стала дочь отставного солдата-барабанщика, скромная, работящая и добродетельная. Но выбор невесты так сильно не понравился его родителям, что те не дали благословения, но и (неслыханное дело!) отправились к пред­седателю казенной палаты, упросив, не да­вать сыну разрешения на брак. Такое сопро­тивление сломало весь уклад мирской жизни. Смирившись воле родителей, оставив невесту, а затем дом и работу, Николай Васильевич решил путешествовать по святым местам. От­правился сначала по России, затем побывал в Иерусалиме, Италии и на Афоне, который так ему понравился, что он решил остаться здесь навсегда. Но, видимо, этот человек какими-то особенными качествами располагал окру­жающих к управлению его судьбой. Даже старцы афонские отказали в его просьбе, велев «заслужить» право жить здесь... сбо­ром пожертвований.

Николай Васильевич решил путешествовать по святым местам. Отправился сначала по России, затем побывал в Иерусалиме, Италии и на Афоне, который так ему понравился, что он решил остаться здесь навсегда. Но, видимо, этот человек какими-то особенными качествами располагал окружающих к управлению его судьбой. Даже старцы афонские отказали в его просьбе, велев «заслужить» право жить здесь… сбором пожертвований. Николай Васильевич постригся в монахи и стал отцом Нилом, поселился в Макарьевской пустыни, которая весьма напоминала ему святую обитель на Афонской горе, и с огромным рвением стал собирать жертвы. В Афон потек ручей золота, драгоценностей, тканей, который вскоре превратился в весьма ощутимый поток пожертвований. В одно время Казанская епархия пыталась даже вразумить инока, попросив направлять часть средств в монастыри Русской Церкви. Но отец Нил остался непреклонен. Деньги будто сами шли к нему в руки: он собирал миллионы рублей, поддерживая близкие и доверительные отношения со всеми состоятельными семействами Поволжья, хранил их у доверительных лиц в Казани и прилежно отправлял в Афонскую святыню. Дважды с прошениями он отправлялся в Афон и дважды возвращался в Макарьевский монастырь, воодушевленный святыми дарами (чудотворные иконы он сразу передавал своей обители) и обещанием «скоро принять его в ряды братии». Отец Нил так и не смог воплотить свою мечту и закончил дни свои в Макарьевской пустыни. Но редкий дар бескорыстной помощи людям пронес имя его через века.

В XIX веке Макарьевская пустынь еще хорошела, достраивалась и перестраивалась. В годы наместничества отца Мартиниана был возведен каменный храм с главным престолом во имя чествования иконы «Всех скорбящих Радость», в конце века при настоятеле Димитрии над источником преподобного Макария появилась часовня. Украшением монастырской звонницы стал колокол в 210 пудов. К счастью, события советских лет монастырь не разрушили, приведя лишь его в запустение. В 1997 году он был передан Казанской епархии. Период возрождения, как и во многих обителях, шел очень непросто, ведь каждому дому, даже Святой обители, нужен добрый и мудрый хозяин. А такой хозяин здесь появился не сразу…

И сегодня место остается настоящей пустынью, поскольку почти на полгода (в зимний период) монастырь бывает отрезан от цивилизации и добраться сюда можно разве что на снегоходе или же вертолете. Но вместе с тем Святая обитель не живет совсем уж затворницей. Для общения с внешним миром и проповедничества монастырская братия поддерживает красивый и функциональный, наполненный глубокой духовностью и философскими рассуждениями интернет-сайт. Выпускаемый электронный «Макарьевский листок» отвечает на многие вопросы современного человека не с позиции назидания, а с помощью простого искреннего диалога. Даже об опыте духовных отцов иноки умеют рассказать просто и понятно. Вот, к примеру, такая история в одном из выпусков «Макарьевского Листка» рассказана из жития преподобного Макария Египетского: «Ученик опередил Макария и повстречал жреца, спешащего с тяжелой ношей: «Куда ж ты, бес, так разбежался?» — спросил ученик и был… избит язычником. Когда они поравнялись со старцем, то тот сказал тепло: «Здравствуй, труженик, здравствуй!». Жрец упал ему в ноги: «От твоего ласкового слова пришел в умиление и понял, что ты — великий слуга Божий!». И попросил принять веру и сделать монахом. Тогда Макарий сказал: «Злое и гордое слово толкает ко злу и добрых людей, а слово смиренное и доброе обращает к добру даже злых». И, кажется, «слово доброе и смиренное» есть у братии для каждого из нас…

Из книги «Монастыри Казанской епархии»

Теги:
Макарьевский монастырь
Макарий Желтоводский
Монастырь
Монастыри Казанской епархии

Православие в Татарстане

Новости партнеров

Все публикации