Публикации

«Раскрыть в себе образ Божий»

«Раскрыть в себе образ Божий»

Как проходят учебные дни воспитанников Казанской духовной семинарии

Казанская духовная семинария находится на улице Челюскина — одной из окраинных улиц города. Сюда это крупнейшее в Российской империи учебное заведение в прямом и переносном смысле вытеснили революция и советская эпоха: в прежние времена оно располагалось в самом центре городской жизни. Журнал «Русская планета» побывала в возрожденной Казанской духовной семинарии и пообщалась с ее преподавателями и учениками.

«Традиция была полностью утрачена»

До революции духовное образование в Казани было одним из самых лучших в стране, рассказывает ректор семинарии игумен Евфимий (Моисеев). Духовная академия была основана в 1797 году. Всего в Российской империи было еще три таких заведения — в Москве, Киеве и Санкт-Петербурге. Но после революции академию в Казани закрыли, а красивое здание на нынешней улице Ершова заняла городская больница.

О возрождении православного образования в Казани заговорили в 1998 году. Тогда и открылась нынешняя семинария — аналог знаменитой Казанской духовной академии. Правда, теперь она разместилась не в центре города, а в одном из промышленных районов — Авиастроительном. Впрочем, у нового места есть свои преимущества: кругом деревья, малолюдно и тихо. Вдоль высокой чугунной ограды растут кусты шиповника и цветы. В семинарском храме в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского служат преподаватели и учащиеся, имеющие священный сан. А рядом построены здания в несколько этажей, где семинаристы не только учатся, но и живут.

«До революции академия имела миссионерскую направленность. Здесь готовили священнослужителей и богословов, способных проповедовать и вести диалог с людьми разных культур. Поэтому изучались языки народов Поволжья и Востока, ислам, языческие религии и культы. К великому сожалению, от дореволюционной Казанской академии мало что осталось. Нам не повезло, в отличие от Московской и Ленинградской академий, которые после Великой Отечественной войны все-таки были возрождены, и у них сохранилась преемственность поколений. А в Казани традиция была полностью утрачена, и нам приходится ее возрождать на пустом месте», — поясняет отец Евфимий.

Но если духовная преемственность была нарушена, то материальные богатства академии в виде редких богословских трудов и книг сохранились. Как рассказала заведующая книгохранилищем Наталья Асяева, здесь хранятся огромные, с полметра толщиной, книги в кожаных обложках и с потемневшими страницами — псалтыри и библии первой четверти XVII–XVIII веков. А на многочисленных стеллажах расставлены дореволюционные богословские труды с автографами авторов и практически все издававшиеся в Российской империи православные журналы.

«В годы революции наши архивы забрали светские университетские библиотеки и национальный архив. Они все сохранили в лучшем виде, каталогизировали, потом часть этого фонда нам вернули. Не вернулась к нам только литература на иностранных языках», — рассказывает Асяева.

Будущие священники

Большинство выпускников семинарии видят себя священниками. Реже семинаристы идут по богословской стезе, становятся преподавателями. И только единицы уходят на светскую работу. Впрочем, семинария сама не принимает решение о рукоположении своего выпускника в сан — это решает только митрополит. Тут учитываются обстоятельства жизни человека, его состояние здоровья. Но есть и серьезные препятствия для того, чтобы стать священником, даже имея высшее духовное образование: например, если человек уже был женат и женился вторым браком или если его жена уже была когда-то замужем и разведена.

«В России уже больше 25 лет возрождается православие, но священников все равно не хватает. Сколько священник может взять под свое окормление прихожан? Максимум 100 человек, которые имеют право на крещение, отпевание, венчание и просто на получение духовной помощи. В Татарстане, по статистике, 40% населения — православные, то есть почти 2 млн человек. Но в митрополии всего более 300 священников на республику», — уточняет отец Евфимий.

Семинария может принять до 110 человек. По итогам последних вступительных испытаний, сейчас на очном отделении больше 70 человек, около 40 человек на заочном обучении. Это очень неплохой набор, говорит ректор, учитывая, что последние годы поступают ребята, которые родились в 1990-е, когда был спад рождаемости. Более высокие показатели только у столичных духовных школ.

«Усредненный образ семинариста описать сегодня сложно, — размышляет ректор семинарии. — Опять-таки вернусь к сравнению с дореволюционной эпохой. Тогда таких метаний не было. Общество было сословным, и в духовные школы имели право поступать за редким исключением только дети духовенства. Сейчас история иная. Из 19 человек, поступивших на первый курс, только два мальчика из семей священников. Остальные из светских семей, иногда татарских. Некоторые поступают сразу после школ, в 17 лет. Еще одному нашему абитуриенту 34 года. Мы принимаем до 35 лет, но смотрим на обстоятельства жизни человека».

Семинария не принимает «молодых людей с улицы», замечает ректор. Чтобы стать ее воспитанником, нужно пройти тройной отсев. Только для того чтобы подать документы, необходимо предоставить рекомендацию из прихода от священника или архиерея. Второй уровень испытаний — это приемная комиссия. Абитуриенты живут какое-то время в семинарии и сдают экзамены. Завершающий этап — собеседование с архиереем. И только затем издается приказ о зачислении. Обучение длится пять лет, и оно полностью бесплатное. Более того, семинаристы получают стипендию — от 400 до 3 тысяч рублей в месяц.

До прошлого года сюда принимали только мужчин, теперь же в семинарии уже 14 девушек на двух курсах. Их готовят к руководству церковных хором на регентском отделении.

«Нас пугали, что это лишние искушения для семинаристов, — говорит отец Евфимий. — К счастью, опыт оказался удачным. Я бы даже отметил, что, когда появились девушки, ребята стали более собранными и подтянутыми. Это естественно, ведь Господь сотворил мужчину и женщину. Мы просто и с теми и с другими ведем воспитательную работу, приучаем, чтобы они общались как братья и сестры. Если кто-то желает иметь более серьезные отношения, мы не возражаем, но исключительно в рамках брака. Юноши и девушки общаются в трапезной, на службе, на послушаниях. Совершают совместные паломничества, участвуют в балах. Мы не держим их в черном теле и не готовим исключительно для монастырей. Видишь, девушка несет тяжелую сумку — помоги. Видишь, что семинарист не справляется на кухне — помоги. Им важно научиться общаться по-христиански с представителями другого пола, потому что этим умением, к сожалению, современная молодежь не обладает. Не узнав внутреннего мира друг друга, молодые люди быстро переступают опасную границу, а потом — разбитые семьи, матери-одиночки, ранние аборты...».

Напряженная внутренняя жизнь

Ключевое отличие христианского воспитания от светского в том, что оно подразумевает не только передачу информации, но и воспитание человека.

«Это ключевой процесс, на котором строится жизнь духовной школы. К нам приходят светские юноши, а мы должны из них сделать духовных пастырей. Они должны усвоить принципы духовной жизни, церковной дисциплины, христианского отношения к ближним. Как преодолевать обиду, зависть? Как ограничивать свои дурные наклонности? Как при этом не выпадать из общества, не утрачивать связь со своими современниками? Почему нужно уважать старших? Образование в христианском смысле слова — это не только усвоение знаний, не только передача информации, это в первую очередь раскрытие в себе образа Божия. Это напряженная, внутренняя, молитвенная духовная жизнь, посещение богослужения, послушание, привычка не делать ничего без благословения старшего. В нашей семинарии мы также учим студентов грамотно, по-христиански выстраивать отношения с людьми, исповедующими ислам, чтобы не задеть их убеждения и не уронить свое достоинство», — рассказывает отец Евфимий.

Воспитание выражается не только в наставлениях, но и на практике — в простых повседневных обязанностях семинаристов и соблюдении режима дня. О правилах жизни в семинарии подробно рассказал проректор по воспитательной работе священник Александр (Тагоченков).

Учатся семинаристы пять лет. Все это время живут в семинарии, с родственниками могут повидаться во время летних и зимних каникул и в выходные дни. Для юношей предусмотрена строгая форма — черные китель и брюки. Девушки обязательно должны покрывать голову и носить длинные юбки.

«Подъем в семь часов утра. В 7:30 — утреннее молитвенное правило. Затем завтрак. В 8:15 начало первой лекции. Всего в день четыре лекции примерно до двух часов дня. Студенты изучают дисциплины как богословские, так и специальные, есть у них также общие предметы — к примеру, иностранные языки (причем изучают татарский, кряшенский и даже арабский). Между второй и третьей лекцией — полдник, можно прийти в столовую и подкрепиться, а обед — в час дня. Меню сытное, но строго соблюдаются все посты», — говорит отец Александр.

Семинария — это одна большая семья, где каждый вносит свой посильный вклад в общее дело. Все студенты несут послушание в меру своих способностей — на кухне, в хоре, в храме. После лекций большинство из них выходят на хозяйственное послушание. Например, осенью из приходов привозят в семинарию картошку, морковь, фрукты, и ребята помогают разбирать овощи и делать заготовки на зиму.

«Каждый день в пять часов начинается вечернее богослужение в нашем семинарском храме, и студенты поют в хоре, несут пономарское послушание и другие служения в храме. Для воспитанников желательно каждый день посещать утренние и вечерние богослужения, и обязательно — в праздники и субботние и воскресные дни. В 10 вечера для всех семинаристов совершается вечерняя молитва в храме. В 23:00 — отбой. После отбоя запрещено пользоваться мобильными телефонами. На этажах круглосуточно дежурят воспитатели, у которых можно отпроситься, позвонить и предупредить, что задерживаешься из города», — продолжает отец Александр.

Есть у студентов и свободное время — с семи до десяти вечера. Им разрешается выйти в город, можно посмотреть телевизор, хотя воспитатель вправе запретить просмотр какой-либо передачи. В коридорах семинарии, стены которых украшены гобеленами и картинами с изображением сцен из Библии, можно увидеть зоны для отдыха — мягкие диваны и кресла, столы с шахматами и пианино.

Много внимания в семинарии уделяется и физическому здоровью воспитанников. Современный спортзал, построенный несколько лет назад на деньги, выделенные республикой, является гордостью семинарии. Здесь работают секции баскетбола, волейбола и футбола, есть новенькие раздевалки, душевые, тренажерный зал. Впрочем, физкультура — обязательная дисциплина для всех семинаристов.

В Казанской духовной семианрии прошел первый турнир по волейболу

«Я шучу, что это спортивная школа с богословским уклоном, — говорит Евгений Круглов, руководитель физического воспитания. — В прошлом году на день открытых дверей пришли студентки из мединститута. Они заглянули в спортзал, а у нас как раз шли занятия. Они были очень удивлены, говорят, думали, что семинаристы, да и вообще все верующие — это какие-то закрытые люди. А мы тут играем, смеемся. Более того, у нас здесь проходят дружественные матчи, например, между воспитанниками семинарии и исламского университета».

«Я пришел, когда смысл жизни нашел в Боге»

Кельи семинаристов — это обычные, довольно просторные комнаты в три окна. В комнатах живут по шесть человек. Минимальное внутреннее убранство — один стол на всех, стулья, тумбочки возле узких кроватей, иконы. Студенты всех курсов живут в равных условиях, но, естественно, женские и мужские комнаты находятся в разных частях здания.

Максим поступил в семинарию, отучившись перед этим в техникуме в Альметьевске. Семья одобрила его выбор.

«Не сразу я пришел к этому, а только когда смысл жизни нашел в Боге, — говорит молодой человек. — Владыка Феофан говорит: мы должны нравственно совершенствоваться. И я считаю, что семинария — самое удобное место для этого. Потому что здесь меня окружают люди, которые разделяют мой путь, и я могу сконцентрироваться на одном направлении. Тут одна большая духовная семья».

26-летний Игорь Антонов готовится стать священнослужителем и учится в семинарии последний год. Он отличается от начинающих семинаристов, которым предписано иметь короткую стрижку и регулярно бриться, не только отпущенной бородой, но и особенной серьезностью: ему скоро предстоит взять на себя ответственность за приход.

«До семинарии я прошел непростой путь. В нескольких сферах себя пробовал. Ничего не получилось. Видимо, Господь меня ждал здесь. Разные люди сюда приходят. Некоторые ищут себя, у других в роду были священники. Бывает, уходят, потому что чувствуют, что не в свою дверь зашли. Мне советовали ни в коем случае не быть дезертиром. Не изменять выбранному пути. Потому что легких путей в жизни не бывает. Ищешь легкие — натыкаешься на такие тернии, что Боже упаси!».

Игорь говорит, что за время обучения в семинарии человек сильно меняется — как внешне, так и внутренне.

«Приходишь — витаешь в облаках, люди говорят, что ты блаженный, все тебе здесь нравится. Потом происходит переломный момент. У меня на третьем курсе был такой момент: я хотел бросить, уйти, про все забыть. Но, слава Богу, Господь как-то утвердил, невеста помогла мне, и друзья сказали, что я не должен изменять своему пути, как настоящий мужчина, как воин Христов».

Вернуться в родное здание

Ректор семинарии в беседе заметил, что сегодня, в информационную эпоху, когда вокруг так много разной противоречивой информации, молодым людям, вступившим на путь духовного образования, приходится непросто. Поэтому задача педагогов семинарии — научить своих учеников отстаивать свои убеждения не агрессивно, а свидетельствуя о них в первую очередь делами и поступками.

«Сейчас изменилась структура общества, структура передачи информации, в том числе это касается и религии. Сегодня дети в воцерковленной православной семье могут не хотеть ничего слышать о христианстве. А бывает, наоборот, неверующая семья, а ребенок ходит в храм. Потому что мир стал как супермаркет. Как происходит религиозный выбор? Человек сидит у себя в комнате, перед компьютером с интернетом, заходит на разные сайты, на сайт православного прихода, исламской общины. Потом он с кем-то встретился, кто-то ему что-то рассказал. Так он принимает решение для себя. Времена, когда вера передавалась из поколения в поколение, к сожалению, уходят в прошлое. Но не нужно заламывать руки, что настали последние времена. Надо просто и спокойно действовать в той ситуации, которая существует в настоящее время, и верить, что Церковь все равно пронесет свое послание через разные эпохи, личности и народы», — уверен отец Евфимий.

Если же говорить конкретно, то свои планы на будущее преподаватели и ученики семинарии связывают с возвращением в более просторное и исторически принадлежавшее Казанской духовной академии здание в центре города. Есть надежда, что в этом случае те выпускники семинарии, которые захотят пойти дальше по стезе богословия, смогут окончить аспирантуру уже здесь, в городе, не уезжая для этого в Москву и Петербург.

«Это здание — памятник эпохи классицизма первой половины XIX века. Тогда это была окраина Казани, место уединенное, сейчас деловой центр города. Мы считаем, что нужно восстановить историческую справедливость и вернуть здание. Тем более что больнице там неуютно и неудобно, здание не было предназначено для этого. Кроме того, там существовала придомовая церковь в честь Архистратига Божия Михаила и Прочих Небесных Сил Бесплотных, которая тоже ждет своего восстановления как поруганная святыня. Я с президентом этот вопрос обсуждал, серьезных возражений нет. Это было бы правильно, исходя из доктрины межконфессионального баланса, которого придерживается руководство Татарстана. У мусульман есть Российский исламский университет, а у православных была бы Казанская духовная академия», — говорит ректор.

 

Теги:
Казанская духовная семинария
духовное образование

Православие в Татарстане

Новости партнеров

Все публикации