Публикации

Дата публикации   Количество просмотров

На месте явления Казанской иконы Божией Матери в конце XVI века был построен православный храм. В настоящее время ведется его воссоздание. О Богородицком монастыре и «прошлой жизни» возрождаемой святыне рассказывает казанский краевед Лев Жаржевский.


Построенный по приказу Ивана Грозного

Начиная с последней четверти XVI века история Казани была неразрывно связана с Казанским Богородицким монастырем, главной святыней которого была обретенная в 1579 году икона Богородицы, ставшая в недалеком будущем палладиумом России.

Источников по истории монастыря не очень много, если принять во внимание его значение и известность, но вполне достаточно для нашей задачи — дать представление об истории монастыря как архитектурного сооружения. Если точнее, то об истории главного монастырского храма.

Автор заметки решил пойти проторенной дорожкой: дать читателю поменьше собственных рассуждений, побольше цитат из источников и не заезженных иллюстраций.

Первой цитатой, довольно обширной, будет выписка из третьей части Словаря Географического Российского Государства, вышедшей в Москве в 1804 году:

«Казанский Богородицкий девичий монастырь в губернском городе Казане, вне городской крепости, подле приходской церкви св. Николая Тульского находящийся. Начало свое имеет с 1759 года на том самом месте, где обретена Чудотворная икона Пресвятыя Богородицы, явление которыя Грекороссийская церковь ежегодно празднует июля 8 числа. Основан по повелению Царя и Великого Князя Иоанна Васильевича, которой, учредив Собор и монастырь на этом месте, повелел Соборянам и Игуменье с сорока сестрами производить ежегодное жалованье. Сначала церковь, в которую поставлена явленная Икона, была деревянная; в 1594 году Апреля в 14 день, спустя 16 лет после явления Иконы Пресвятые Богородицы во граде Казани, которая, будучи отстроена в 1595 году, Октября в 27 день, освящена. Царь и Великий Князь Феодор Иоаннович указал снабдить сию церковь святыми Иконами, книгами, ризницею и прочими церковными потребами; самую же явленную Икону украсить как можно лучше золотом, дорогими каменьями и жемчугом из Царских сокровищ, которых был тогда хранителем Деменьша Иванович Черемисинов. В 1768 году блаженныя и вечныя славы достойныя памяти Государыня Императрица Екатерина II, в Высочайшее Свое путешествие в город Казань, благоволила слушать в сем монастыре священную литургию и после приложить на оную Икону небольшую бриллиантовую корону, так как и другую подобную таковой же меры на местный образ Спасителя. В 791 году Преосвященный Амвросий, бывший Архиепископом Казанский, что ныне митрополит Новгородский, по совету Казанских Градоначальников и именитого гражданства, положил церковь сию, по причине ветхости, разобрать до основания, и на том же месте создать новую, для сооружения которыя сочиненный в Санкт-Петербурге план поднесен был им блаженныя памяти Государыне Императрице Екатерине Второй, которая, одобрив его, соизволила указать на построение ее выдать из Кабинета знатную сумму. Кончина сей Государыни намерению сему, так как и всем Ея действиям, конец положила. — В 1799 году, Мая 30 дня, церковь сия, по аппробированному вновь плану, заложена в Высочайшем присутствии блаженныя памяти Государя Императора Павла Петровича и Их Императорских Высочеств, Государей Великих Князей, Александра Павловича и Константина Павловича, которые в основание храма сего благоволили положить по камню в уготованном для сего месте; и в тот же год Его Императорское Величество указал выдать из суммы, на Духовные Департаменты определенной, двадцать пять тысяч рублей на построение сей церкви, которая теперь и строится, и по совершении будет составлять знатнейшее в Казани здание. Она будет о пяти главах, длина ея от Западной стороны с олтарем 20 сажен два аршина; ширина, кроме колонады, над коею фронтоны находиться будут, семнадцать сажен с аршином; вышина от земли до большой средней главы двадцать сажен; с трех сторон порталы, каждый длиною на девяти саженях и двух аршинах, и с шестью колоннами Ионического Ордена, поддерживающими фронтон; большой лантерн, украшенный снаружи колонадою Коринфского Ордена изнутри пилястрами того же Ордена, возвышаться будет на четырех столбах, внутрь церкви находящимися; в ней будут три олтаря, один средний большой церкви и два придельных. Наружности ея будут сообразны и внутреннему украшению. Благополучно царствующий ныне Государь Император Александр Павлович Указом 22 Января 1802 года повелеть соизволил, на докончание сей церкви выдать двадцать тысяч рублей, о чем видеть можно в Московских Ведомостях в № 62. Кроме сей соборной имеются ныне в монастыре еще пять церквей:1-я Живоначального Креста; 2-я Священномученика Антипы; 3-я теплая Рождества Богородицы; 4-я Собор Богородицы: 5-я на Святых вратах Иоанна Богослова. Ограда и монашеские кельи каменныя, а отчасти и деревянныя: по штатам 1764 года о Духовных имениях монастырь сей положен во 2 классе, Епархии Казанской; монахинь, под управлением Игуменьи, бывает до 60, а иногда и более сего числа».

Новые храмы, новые покрытия

А теперь несколько впервые публикуемых иллюстраций. По ним можно проследить изменение архитектурного облика старого каменного собора и увидеть чертеж фасада нового, проектированного И.Е. Старовым.

Первый каменный храм монастыря — пятиглавый храм, построенный, как отмечает авторитетный исследователь архитектурной истории монастыря С.П. Саначин, в «монументальном московском стиле XV—XVI веков» своими размерами превышал Благовещенский собор в кремле. Однако «предивность храма» определялась не только его размерами, но и богатыми рельефными резными украшениями простенков, мощным порталом и разнообразной чешуей глав.

Тот же исследователь, отмечая скудость сведений о строительной истории монастыря в XVII веке, полагает, что именно тогда в монастыре появляются новые каменные храмы: в честь Рождества Богородицы, во имя святого благоверного царевича Димитрия Московского на Святых воротах, который в начале XIX века во время реконструкции был переименован во имя святой мученицы Софии и трех ее дщерей, и апостола Иоанна Богослова на других — Пятницких воротах.

В XVIII веке монастырь обновляется. В 1724 году протопоп Богородицкого монастыря Семен Васильев просил в Святейшем Правительствующем Синоде о построении новой каменной колокольни. Разрешение было получено, но понадобился специальный указ императрицы Екатерины I, чтобы преодолеть сопротивление местного начальства строительству. Высота колокольни «со крестом» была более 55 метров. Камер-обскурные снимки, сделанные командиром казанской гимназии Юлием Ивановичем фон Каницем, позволяют увидеть изменения в строениях монастыря до нашествия Пугачева. По ним видно, что позакомарное покрытие холодного храма было заменено скатной кровлей; что стены расчленены пилястрами с приставными колонками, несущими килевидные арки; что округлые луковичные главы стали гранеными.

Время, а главное, разорение Казани Пугачевым, привело к резкому обветшанию собора: в 1794 году в нем прекратились службы. Ремонт собора был признан весьма дорогим и безнадежным делом. По прошению архиепископа Амвросия I к Синоду Екатерина II поручает крупнейшему русскому архитектору того времени Ивану Егоровичу Старову подготовить проект нового собора. Проект был утвержден императрицей. Ею же были отпущены и деньги из Е.И.В. Кабинета. Читатель может видеть на впервые публикуемой иллюстрации рескрипт Екатерины II управляющему Кабинетом Е.И.В. действительному тайному советнику В.С. Попову (окончившему, кстати, Казанскую гимназию) об отпуске 25 тысяч рублей на строительство нового собора.

Проект великого архитектора

Так исторически сложилось, что в Казани нет ни одной постройки, спроектированной российскими архитекторами, что называется, первого ряда. Это не значит, что в Казани нет выдающихся зданий — достаточно вспомнить здание университета, безусловно, красивейшее из всех учебных зданий в России. П.Г. Пятницкий был в высшей степени талантливым, но все же локальным архитектором. Новый собор Казанского Богородицкого монастыря является, пожалуй, единственным строго документированным примером участия выдающегося архитектора всероссийского масштаба в проектировании сооружения для Казани. Поэтому кажется нелишним привести читателю еще одну цитату, на этот раз из Русского биографического словаря.

«Старов, Иван Егорович, адъюнкт-ректор Императорской академии художеств, известный архитектор, статский советник, сын дьякона московской епархии, родился в 1743 г. в Москве. Усвоив начатки грамоты под руководством своего отца, в 1756 г. он поступил в гимназию при Московском университете, но там пробыл всего лишь год и переведен в гимназию, находившуюся при Петербургской академии наук; в последнем заведении Старов оставался до 1758 г., когда был принят (одним из первых по времени) в число учеников Императорской академии художеств. Здесь он избрал своею специальностью архитектуру и в области ее оказал настолько выдающиеся успехи, что по окончании академического курса для дальнейшего совершенствования был направлен за границу».

Живя преимущественно в Риме и оттуда предпринимая поездки в другие итальянские города, выдающиеся своими старинными и стильными постройками, Старов пробыл за границей всего около 6 лет и за это время основательно изучил гражданскую и особенно церковную архитектуру. По возвращении на родину, он в 1768 г. советом академии художеств был назначен в академики, а в следующем году за представленный им проект здания шляхетского кадетского корпуса признан академиком. Педагогическая деятельность его в академии началась в 1770 г., когда он был избран адъюнкт-профессором архитектуры, каковым пробыл до 1785 г.; с этого же времени и до самой смерти, последовавшей в 1808 г., он состоял ординарным профессором архитектуры; наконец, его участие в направлении художественно-воспитательной деятельности академии начинается с 1790 г., когда он был избран в члены академического совета, а еще более усиливается с 1794 г. — времени назначения его адъюнкт-ректором академии. Старов был энергичным администратором и талантливым профессором, но вся его известность, однако, создана не этими сторонами его деятельности, а почти исключительно работами его как практического архитектора. В этой области он является, несомненно, одним из наиболее видных русских деятелей. Уже вскоре после возвращения из-за границы, именно в 1773 г., он был назначен членом комиссии строения императорских дворцов и садов, в которой достиг такого влияния, что редко какое-либо сооружение обходилось без его непосредственного участия; позже он состоял членом целого ряда комиссий, образованных для строения храмов; так, например, в 1776 г. он Высочайшим указом был определен руководителем строительства соборной церкви Александро-Невского монастыря, в 1801 г. назначен членом комиссии, строившей церковь Казанской Божией Матери в Петербурге, и пр. Старову принадлежит длинный ряд построек в различных местах России. Самыми капитальными памятниками его архитекторской деятельности являются Таврический дворец (окончен постройкой в 1782 г.) и собор Александро-Невской лавры (1779—1791 гг); из менее значительных сооружений следует назвать еще собор в Софии, близ Царского Села, упомянутую выше церковь Казанской Божией Матери в Петербурге и дачные дворцы в имениях Демидова — Сиворицы и Пелла Петербургской губернии. По смерти Старова в его домашних бумагах и в академии художеств осталось большое количество архитектурных проектов и относящихся к архитектурному искусству записок.

В заключение остается напомнить, что закладка и освящение собора вкратце описаны в первой цитате наших заметок и предложить читателю снимки, хранящиеся в фондах Национального музея РТ.



 

Вернуться к списку

Последние добавления