Публикации

Дата публикации   Количество просмотров

Дивна и многознаменательна была земная жизнь преподобного Серафима! Поистине, это был «светильник горящий и светящий» (Ин. V, 33): к нему более, чем к кому-либо другому, приложимо это изречение Спасителя, сказанное Им об Иоанне Крестителе. И Русь, святая, верующая Русь, действительно радовалась не малое время. Но эта радость не была отнята у нее и после блаженной кончины преподобного.

Тот, кто при жизни своей «вся концы земли нашей объял своею любовию»[1], тот, конечно, не мог оставить дорогих его сердцу русских людей и по отшествии в горний мир. Готовясь покинуть временную телесную оболочку, он так завещал окружавшим и посещавшим его лицам: «Когда меня не станет, ходите ко мне на гробик; ходите, как вам время есть, и чем чаще, тем лучше. Все, что ни есть у вас на душе, все, о чём ни скорбите, что ни случилось бы с вами, все придите да мне на гробик, припав к земле, как живому, и расскажите, и услышу я вас, и скорбь ваша пройдет! Как живым со мной говорите, и всегда я для вас жив буду»[2].

Чему же учит преподобный Серафим русских людей, какое завещание он оставил своей жизнью и смертью?

Всех людей, все человечество, Бог ведет к одной великой цели — к вечному спасению. Он всем «хощет спастися и в разум истины приити» (I Тим. II, 4), но каждому народу Он дает свое дело в общем домостроительстве спасения. В частности, русским людям вверена была святыня православия. И оно то, по завету преподобного Серафима, составляет самое дорогое сокровище каждого русского человека и должно быть неотъемлемым достоянием всего русского народа. Быть же православным — это значит во всей целости и чистоте содержать истины веры Христовой, как их преподает Вселенская Православная Церковь, — это значит — быть послушным членом последней и следовать всем ее уставам, догматам и преданиям[3]. Вне этой Церкви, учит преподобный Серафим, нет спасения для христианина. На вопрос одного старообрядца: «скажи, старец Божий, какая вера лучше, нынешняя церковная или старая?» — Он отвечал: «оставь свои бредни; жизнь наша есть море, святая Православная Церковь наша — корабль, а кормчий — сам Спаситель. Если с таким Кормчим люди по своей греховной слабости с трудом переплывают житейское море и не все спасаются от потопления, то куда же стремишься ты со своим ботиком, и на чем утверждаешь свою надежду спастись без Кормчего?»[4]. Вот почему он всегда «просил и молил» приходящих к нему раскольников не медлить с присоединением к матери Церкви, как всегда пребывающей в славе и силе Божией: «ваша часовня, говорил он, давно потонула бы, если бы не была привязана к церковному кораблю»[5].

Преподобный Серафим, Саровский чудотворец

Но в Православии, как его содержит Церковь, русским указан не только путь к достижению своего религиозного призвания или назначения. В нем, т. е. в охранении Православия и осуществлении его заветов на земле, заключается залог Божественного благоволения ко всей русской земле. Православная вера — это основа благополучия русских людей, оплот самостоятельности и целостности их, как определенной нации, как особого народа. По справедливым словам одного из наших историков, в Православии нужно видеть «выражение национальных чувств русской нации»[6]. Отсюда лишить его русских людей — это значит — наполовину стереть их национальный облик, наполовину обезличить их.

С другой стороны, тысячелетняя история христианской Руси и особенно переживаемая нами война ясно показали, какую могучую и великую силу представляет православная вера для нашей государственности, какой твердой и надежной опорой она является для ее устоев, а вместе с тем и для нашего свободного национального развития...

Это она, православная вера, помогла нашим предкам выйти из тьмы языческого невежества и нечестия и вступить в семью христианских, просвещеннейших народов!

Это она породила из недр нашего народа столько великих святых, угодников Божиих, выделивших его из ряда других народов и показавших его народом избранным, святым и богоносным!..

Это она всегда двигала русских людей на самые великие подвиги в защите родной земли, укрепляла их в годы испытаний и помогала им одолевать, по-видимому, самого непобедимого врага!

Это она, наконец, помогла не растеряться русскому народу при неожиданном объявлении ему настоящей тяжелой, кровопролитнейшей войны, войны на жизнь и на смерть, а заставила встать и мощной грудью защищать национальные интересы своего отечества!

Отсюда вполне понятно, и это хорошо чувствует весь русский народ, что измена Православию есть в сущности измена самому народу, его духовная гибель, начало рабства духовного, а затем и материального. История представляет самые наглядные тому примеры. В самом деле, уцелел ли в самостоятельной государственной жизни хоть один славянский народ, изменивший православной вере?! Не говоря уже о чехах, хорватах, даже наших соседях — поляках, с отступлением от Православия потерявших свою независимость, не то же ли грозит теперешним врагам нашим, — болгарам, порвавшим свою связь с матерью Церковью-греческою и пребывающим в схизме[7], вне общения с нами в молитвах и таинствах?! В сферу немецкого засилья, больше того, почти рабства, они уже попали: правосудный Судья накажет их и материальным пленом!

Отлично сознают силу Православия и наши внутренние и внешние враги. Ни для кого не тайна, что еще задолго до теперешней войны немцы в течение нескольких, особенно последних, десятилетий вели подпольную работу, цель и задачи которой клонились к постепенному искоренению на Руси Православия. Это — отравление религиозного сознания русского народа штундой, баптизмом и прочими сектами, имеющими свой источник в Германии и ведущими свое начало от немцев. Насаждая среди русских свою религиозную культуру, стараясь привить им свое мировоззрение, немцам, очевидно, хотелось оторвать наш народ от его родного корня, подменить у него русскую душу душой немецкой. Ибо при таких условиях, хорошо понимали они, при условии онемечения народа, его духовного пленения, — не трудно будет и физически сделать его своим рабом.

Война раскрыла злой умысел бывших «друзей», заставила опомниться русских людей от сладкоречивой, дурманной не только для простого народа, но и для интеллигенции сектантской (немецкой) проповеди и поставили их на настоящий, веками сложившийся, религиозно-национальный путь. Правда, к нашему несчастью, немецкая отрава в виде штундизма, адвентизма и прочих сект по-прежнему продолжает вести свое дело. Но да не смущается этим русский православный человек! Пусть твердо помнит он, где и в чем его сила и как зеницу ока охраняет свою веру православную. «Некогда, говорил преподобный, на, Россию восстанут три державы и много изнурят ее. Но за Православие Господь помилует и сохранит ее. Мы, на земле живущие, много заблудились с пути спасительного и прогневали Господа. Но у нас вера православная и Церковь, не имеющая никакого порока. Сих ради добродетелей, Россия всегда будет славною, врагам страшною и непреоборимою»[8]. Поэтому-то преподобный Серафим так настойчиво и завещает нам блюсти и охранять свою православную веру! 

Другим оплотом нашего отечества, по глубокому убеждению преподобного Серафима, является существующий в нем государственный порядок, т.е. самодержавие — или царская власть. Самодержавие не выдумано и не заимствовано нами от других. Оно явление самобытное у нас, выросшее на русской почве, под влиянием особенностей нашей истории и всего уклада русской жизни. В лице носителя верховной власти, нашего державного Государя, перед нами является как бы представитель Самого Бога на земле, Его помазанник... Смотря на него такими очами, русский народ искони привык жить одною жизнию с своим повелителем, принимать живое участие в его горестях и радостях... При таких особенностях государственного строя русской жизни вполне понятно, почему с ослаблением или при утрате царской власти наступали для России великие испытания, иногда грозившие ей полным разрушением и, наоборот, почему времена роста этой власти содействовали и развитию мощи России...

Вот — главные заветы преподобного Серафима, подвижника Саровского! С верой и благоговением восприимем их и, сохраняя в своем сердце, будем осуществлять их всегда в нашей жизни! Станем твердо хранить наше дорогое сокровище — православную веру и отнюдь не допускать на нее покушений со стороны внешних и внутренних врагов нашей родины... Святая Церковь будет верной помощницей нашей в этом святом деле. [...] И исполнится тогда вещее слово прозорливого старца: спасена будет наша Родина от обуревающих ее теперь врагов и будет грозной и неодолимой она для них и в будущем!..


[1] Акафист преподобному Серафиму. Икос 12.

[2] Левитский. Житие преп. Серафима. Москва, 1905, стр. III.

[3] Левитский. Житие преп. Серафима, стр. 168.

[4] Там же.

[5] Там же, стр. 169.

[6] Проф. Ковалевский. История России с национальной точки зрения. СПБ. 1912, стр. 48.

[7] Греко-болгарская схизма (болгарский раскол, болгарский церковный вопрос) — одностороннее провозглашение 11 мая 1872 года автокефалии иерархами Константинопольского Патриархата болгарского происхождения (фактически раскол произошёл ещё в апреле 1860 года) и последовавшие в сентябре того же года прещения со стороны кириархальной Церкви — Константинопольского Патриархата, а также ряда иных. Автокефальный статус Болгарской Церкви был признан Константинопольским Патриархатом лишь в феврале 1945 года. Сторонники болгарской автокефалии считали правовым основанием создания независимого Болгарского экзархата (болг. Българска екзархия) султанский фирман османского (оттоманского) правительства визиря Аали-паши, провозглашённый 28 февраля 1870 года, хотя последний не предусматривал полной канонической независимости (автокефалии) болгар и рассматривался оттоманским правительством как утративший силу после провозглашения схизмы.

[8] Прибавление к Церковным Ведомостям. 1915 г. №29, стр. 886—887.

 

Вернуться к списку

Последние добавления