Архипастыри Казанские

  Количество просмотров

На кафедре: с 5 апреля 1908 года по 27 ноября 1910 года

Никифор Тимофеевич Каменский родился 25 мая 1847 года в селе Солодовниково Черноярского уезда Астраханской губернии в семье дьякона. Закончил Астраханское духовное училище, в 1862-1868 гг. учился в Астраханской духовной семинарии. Вскоре после окончания семинарии он женился и 3 ноября 1868 года был рукоположен во священника. Всего два года он прослужил в приходе села Бережновка Царевского уезда Астраханской губернии. В 1869 году умерла его жена, на руках у молодого священника, которому было всего 23 года, остался маленький сын. Отец Никифор решил продолжить учебу – в 1870 году поступил в Казанскую духовную академию. Это был вполне естественный путь, диктуемый не только стремлением к образованию. В духовные академии принимали тогда только или неженатых студентов, или вдовых священников.

В академии отец Никифор Каменский специализировался по богословскому отделению. Судя по высказываниям, содержащимся в ряде сочинений владыки Никанора (Каменского), а также по кругу научных интересов будущего казанского архипастыря, наибольшее влияние на него оказал ректор академии архимандрит Никанор (Бровкович), впоследствии известный церковный деятель и мыслитель – это и не удивительно, качества архимандрита Никанора (Бровковича) как педагога отмечали многие его ученики[1].

Именно он сформировал у студента Каменского интерес к догматическому богословию и экзегетике. Не случайно при пострижении в монашество он позже выбрал именно имя «Никанор». Кандидатское сочинение он писал под руководством молодого доцента, специалиста по экзегетике Михаила Ивановича Богословского, но магистром богословия был утвержден только через 9 лет – 30 января 1879 года. Впоследствии, на протяжении всей жизни владыка Никанор интенсивно занимался экзегетикой, оставив многочисленные труды[2].

В 1874 году, закончив академию кандидатом богословия, отец Никифор Каменский был назначен законоучителем Казанской учительской семинарии и настоятелем семинарской церкви Захарии и Елизаветы. Казанская учительская семинария, созданная Николаем Ивановичем Ильминским, стала главным центром знаменитой просветительской и миссионерской системы, она была открыта в 1871 году, через два года было построено ее собственное здание с домовой церковью на набережной озера Кабан. Отец Никифор Каменский стал первым штатным преподавателем Закона Божия и первым настоятелем храма. Пять лет под руководством Ильминского он препода-вал юношам из народов По-волжья, многие из которых позже стали священниками, составили основу национальной интеллигенции. Огромное уважение к Николаю Ивановичу Ильминскому будущий архипастырь сохранил на всю жизнь. Впоследствии владыка Никанор (Каменский) заявлял, что с такими великими людьми, как Ильминский, он больше никогда не встречался. В 1896 году, находясь на Смоленской кафедре, он опубликовал обширную статью, посвященную пятилетию кончины Ильминского, в которой по достоинству оценил роль Ильминского в развитии миссионерской деятельности и просвещения[3].

Н.И. Ильминский

В 1879 году отец Никифор Тимофеевич Каменский, недавно ставший магистром богословия и только что возведенный в сан протоиерея, стал ректором Казанской духовной семинарии. В это время действовал Устав духовных семинарий 1867 года, самый демократичный из всех существовавших, в соответствии с которым ректоры не назначались обер-прокурором Синода, а выбирались корпорацией преподавателей. Отец Никифор Каменский был единственным в истории Казанской духовной семинарии выбранным ректором. Обращает на себя внимание то, что преподаватели семинарии – а все они закончили духовные академии, большинство имело степень магистра, – избрали ректором священника, не являвшегося членом их корпорации и к тому же довольно молодого. Это свидетельствует о высоком авторитете отца Никифора в Казани.

В должности ректора семинарии он пробыл 13 лет, за годы его ректорства в жизни духовной семинарии произошли важные изменения. Важнейшей заслугой ректора было повышение качества преподавания в семинарии. В предшествующие десятилетия Казанская духовная семинария, находясь в одном городе с университетом и духовной академией, ничем принципиально не выделялась из числа других семинарий. Объективным показателем качества образования являлось то, что в годы ректорства владыки Никанора, в Казанскую духовную академию поступало ежегодно 3-4 выпускника Казанской духовной семинарии – раньше таких было не больше, чем двое. 5-6 выпускников ежегодно становились студентами университета. Таким образом, почти половина семинаристов – в выпуске обычно было около 20 человек – продолжала образование. По воспоминаниям очевидцев, новый ректор основное свое внимание уделял посещению занятий, контролю за выполнением домашних заданий и формированию достаточно высоких личностных запросов семинаристов.

Будучи сам ученым-богословом, он основное внимание уделял общеобразовательным предметам, считая, что священник должен обладать широким кругозором. Из учительской семинарии он принес в духовную семинарию характерное для системы Ильминского неприятие формальных критериев обучения – теперь годовые и итоговые оценки преподаватели выставляли не по текущим баллам и не по официальным экзаменам, а по общему впечатлению от занятий семинариста.

В 1885 году был введен новый, «победоносцевский» устав духовных семинарий, в соответствии с которым ректор вновь стал назначаться приказом обер-прокурора. Но отец Никифор Каменский устраивал не только семинарскую преподавательскую корпорацию, но и духовно-учебное начальство и был оставлен на должности.

Еще одним важным нововведением, осуществленным ректором отцом Никифором, было открытие в 1886 году образцовой начальной школы при Казанской духовной семинарии. В ней учились дети из бедных городских семей, в основном из кварталов, прилегавших к семинарии, занятия по типовой программе церковно-приходских школ вели штатные учителя, а семинаристы проходили педагогическую практику, причем по преподаванию не только Закона Божия, но и общеобразовательных предметов.

19 января 1889 года отец Никифор Тимофеевич Каменский постригся в монахи с именем Никанор. Обычно вдовые священники постригались еще в академии или сразу после ее окончания – ведь вновь вступить в брак они не могли, а перед монахом с высшим образованием открывалась перспектива скорого рукоположения в сан епископа. Но отец Никифор вдовствовал 20 лет. Дело в том, что, овдовев в 22 года, он должен был воспитывать маленького сына. В 1889 его сын Евгений закончил Казанскую духовную семинарию и был рукоположен в священники – и отец мог, наконец, целиком посвятить себя Церкви.

В 1889-1890 гг., находясь еще в должности ректора семинарии, отец Никанор выпустил ряд брошюр о казанских святынях, в которых простым, понятным и необразованным людям языком (брошюры были предназначены «для народа»), но, с другой стороны, детально и на научном уровне своего времени, описывалась история важнейших святынь Казани[4].

Синодик Седмиезерной пустыни

Еще два года он продолжал руководить Казанской духовной семинарией, уже в сане архимандрита, а 12 февраля 1891 указом Синода был назначен епископом Чебоксарским, викарием Казанской епархии. Рукоположение состоялось в кафедральном Благовещенском соборе 7 марта 1891 года. Казанский епархиальный архиерей Павел (Лебедев) в это время был уже болен, и на долю его помощника, единственного в то время викарного епископа, приходилось очень много работы.

За сравнительно недолгое время – полтора года – владыка Никанор трижды совершил многодневные поездки по епархии, обращая большое внимание на церковно-приходские школы и преподавание Закона Божия в земских школах – в каждом селе он опрашивал школьников. В «инородческих» приходах он обращал особое внимание на знание причтом местного языка, в школах требовал преподавания на родном языке, в соответствии с системой Ильминского, способст-вовал рукоположению в архиереи многих священников из «инородцев». По личной инициативе владыки Никанора открыто более десятка церковно-приходских школ в деревнях с «инородческим» населением, в основном в глухих, отдаленных от приходских храмов уголках.

Викарный Чебоксарский епископ по должности был настоятелем Кизического монастыря, где и находилась его резиденция. В 1892 году праздновался двухсотлетний юбилей монастыря. Владыка Никанор к этой дате составил и опубликовал подробнейшую до мельчайших деталей историю монастыря, с описанием всех его храмов и зданий и монастырского некрополя.

Изучая монастырские архивы, владыка Никанор обнаружил в них многочисленные документы XVI-XVII вв. и в 1893 году на достаточно высоком по тому времени археографическом уровне опубликовал грамоты Спасо-Преображенского и Кизического монастырей[5] – эти публикации в последующее столетие были введены в активный научный оборот, на них и сейчас часто ссылаются историки.

Могила Н.И. Ильминского

Викарные епископы обычно занимали свои должности недолго, до освобождения вакансий епархиальных архиереев. Уже 16 апреля 1893 года владыка Никанор был назначен епископом Архангельским, 10 февраля 1896 года был переведен в Смоленск, 2 января 1899 года – в Орел, 28 марта 1902 года – в Екатеринбург, 26 ноября 1903 года – в Гродно, 9 декабря 1905 года – в Варшаву с возведением в сан архиепископа. Вскоре после назначения на Варшавскую кафедру владыка Никанор был утвержден в ученой степени доктора богословия. Его докторское сочинение – «Экзегетико-критическое исследование Послания Св. Ап. Павла к евреям», обсуждение и утверждение его прошло в Казанской духовной академии без присутствия автора.

В синодальный период частые переводы архиереев с кафедры на кафедру были делом обычным. Но владыка Никанор все же сменил слишком много должностей даже по меркам своего времени. При этом он всегда был на хорошем счету у духовного начальства и каждая новая кафедра была значительнее предыдущей. Во всех епархиях владыка обращал особое внимание на состояние духовного образования, повышал уровень епархиальных ведомостей и сам публиковал статьи и брошюры о местных святых и важнейших событиях в жизни епархий.

5 апреля 1908 года владыка Никанор был назначен архиепископом Казанским и Свияжским. Недолгая деятельность его на Казанской кафедре была разнообразной. В это время крайне правые «русификаторские» силы во главе с одним из лидеров казанских черносотенцев профессором Владиславом Францевичем Залеским вновь выступили против системы Ильминского, обвиняя систему инородческого просвещения в разобщении народов Поволжья с русским народом, при этом в ход шли и явно лживые аргументы. Эту позицию поддержало Казанское губернское дворянское собрание, ряд земских деятелей. Именно жесткая позиция правящего архиерея остановила это наступление. В 1910 году владыка Никанор организовал в Казани Поволжский миссионерский съезд, открытие которого стало своеобразной «демонстрацией протеста» в виде крестного хода на могилу Н.И. Ильминского и клятвы в верности его системе[6]. Владыка Никанор всячески поддерживал богослужения на национальных языках, сам принимал в них участие. По его инициативе был открыт миссионерский приют при архиерейском доме – около двадцати мальчиков жили прямо в занимаемом им здании в Кремле.

При этом, в отличие от своего предшественника владыки Димитрия (Самбикина), архиепископ Никанор открыто поддерживал крайне правые политические организации, не раз сам себя называл черносотенцем. Многие священники, городские и сельские, отказывались участвовать в мероприятиях Союза русского народа. В ответ на жалобы руководителей казанских черносотенцев владыка Никанор обязал священников совершать молебны перед началом союзнических мероприятий и объявлять с амвона о предстоящих собраниях и демонстрациях[7].

Владыка Никанор продолжил интенсивную деятельность своего предшественника, архиепископа Димитрия (Самбикина), по поддержке деятельности епархиального церковно-исторического общества, в котором по должности был председателем; именно при нем, и с его одобрения был издан ряд ценных трудов по истории Церкви в крае[8].

  Сам владыка Никанор в последний год жизни опубликовал синодики Свияжского Успенского и Зилантова монастырей[9] – вероятно, эти рукописи он подготовил уже давно и публикации их помешал перевод в Архангельск.

В свое время, будучи викарным епископом Чебоксарским, владыка Никанор много ездил по епархии, дальние поездки были для него обычным делом во всех епархиях, где он служил. Находясь на Архангельской кафедре, он побывал в очень отдаленных местах, где еще никогда не бывали архиереи – на Печоре, на полуострове Канин Нос, на острове Колгуев, посещал отдаленные стойбища оленеводов. Он собирался посетить и Новую Землю, где незадолго до этого поселились несколько семей православных ненцев, но не успел из-за перевода. Конечно, и на Казанской кафедре он продолжил свои поездки, но здоровье уже не позволяло ему ездить в распутицу, он, в основном, пользовался пароходом или выезжал из Казани на один день.

21-22 августа 1908 года владыка побывал в Раифском монастыре, селах Ильинское и Васильево. 27-28 сентября побывал в Козмодемьянске и окрестных селах, в том числе в Михаило-Архангельском черемисском монастыре.

19-20 января 1909 года он объехал окрестности Седмиезерной пустыни, посетив села Караваево, Кадышево, Савиново. 1 мая на пароходе прибыл в Чебоксары, где находился три дня. 13 августа выехал в Чистополь, посетив по дороге село Мурзиха, в Чистополе пробыл два дня, на обратном пути заехал в город Лаишев.

21 января 1910 года владыка Никанор вновь посетил села, расположенные недалеко от Седмиезерной пустырни, – Савиново, Борисоглебское, Кадышево, Караваево. 24 мая на пароходе отправился в Мамадыш, пробыл там до 28 мая, объезжая села уезда, 29 мая на пароходе же прибыл в Лаишев, откуда на другой день выехал в Казань сухим путем.

В последние годы в Казани имя владыки Никанора (Каменского) часто упоминается с негативными оценками в связи с той ролью, которую он сыграл в судьбе знаменитого казанского старца схиархимандрита Гавриила (Зырянова). Действительно, в данном случае казанский архиерей проявил себя не лучшим образом. К моменту назначения владыки Никанора на Казанскую кафедру схиархимандрит Гавриил уже почти восемь лет был наместником Седмиезерного монастыря. При этом он был не только старцем, имевшим множество духовных чад, как студентов духовной академии, так и простых горожан и крестьян, но и весьма успешно руководил монастырским хозяйством, навел порядок и в финансовых, и в производственных делах, превратил монастырь в процветающее земледельческое и животноводческое предприятие с высокой доходностью. При этом настоятелем монастыря считался епархиальный архиерей и значительная часть доходов монастыря шла на содержание архиерейского дома.

«Един от древних». К 100-летию со дня преставления преподобного Гавриила Седмиезерного

Высочайший духовный авторитет старца и его активная и успешная административная деятельность вызывали недовольство и у нерадивой части братии, и в светских кругах. Жалобы на схиархимандрита Гавриила подавались постоянно, но предыдущие архиереи понимали их мотивы, и по доносам и жалобам дела даже не заводились.

Однако недоброжелатели воспользовались неосведомленностью нового архиерея, и вскоре после приезда владыки Никанора в Казань ему было подано сразу несколько подписанных и анонимных прошений.

Отца Гавриила обвиняли в том, что он по старости и нетрудоспособности не в состоянии руководить хозяйством, передоверил все казначею монастыря иеромонаху Тихону, который нечист на руку. В письме некого «почетного гражданина Поливанова» содержалось обвинение в принадлежности отца Гавриила «к социал-демократической партии», обоснованное тем, что в монастыре не проводятся торжественные службы по «царским дням», а сам отец Гавриил в эти дни вообще не служит. Подпись была явно вымышленной – в Казани не было такого потомственного почетного гражданина. Правда, следует отметить, что отец Гавриил почти ничего не говорил о политических делах и не высказывал одобрения деятельности крайне правых сил. Его духовные дети тоже не участвовали в политической жизни.

Владыка Никанор, предубежденный против отца Гавриила, возбудил дело. 15 мая 1908 года схиархимандрит Гавриил и иероионах Тихон были отстранены от должностей, а старец Гавриил выселен из монастыря, хотя жил он там в собственном домике, построенном на пожертвования духовных детей.

Дело завершилось только в 1910 году полным оправданием и отца Гавриила, и отца Тихона, но старец уже в конце июня 1908 года уехал в Псковскую губернию, в Спасо-Елеазарову пустынь, где настоятелем был его духовный сын, выпускник Казанской духовной академии отец Иувеналий (Масловский).

В Казани считали, что главным мотивом удаления старца Гавриила с должности наместника было желание владыки Никанора (Каменского) поставить во главе монастыря своего человека, архимандрита Андроника (Богословского), что действительно было сделано. Правда, это вовсе не характеризует отрицательно самого отца Андроника, который был хорошим администратором и усердным молитвенником, а в советское время уже в преклонном возрасте стал епископом[10]. Впрочем, желание иметь доверенного человека во главе Седмиезерного монастыря для владыки Никанора было вполне естественным, ведь монастырь был приписан к архиерейскому дому, его настоятелелями были епархиальные архиереи, а значительная часть доходов монастыря шла на содержание архиерейского дома.

Еще днем 26 ноября 1910 года владыка чувствовал себя совершенно здоровым, но в 11 часов вечера почувствовал недомогание. Утром врач констатировал кровоизлияние в мозг (инсульт), после 12 часов дня начался отек легких, и в 9 часов вечера архиепископ Никанор (Каменский) скончался. Похороны состоялись 2 декабря. Владыка Никанор упокоился в подвальном храме Всех Святых под алтарем кафедрального Благовещенского собора. Он был последним архиереем, похороненным в соборе.

Примечания

1. Красносельцев Н.Ф. Никанор и его учено-литературная деятельность. – Одесса, 1893; Крылов А.Л. Архиепископ Никанор как педагог. – Кишинев, 1900.

2. Изображение Мессии по Псалтыри. – Казань, 1879 (магистерская диссертация; 2-е изд. – 1901), Экзегетико-критическое исследование послания святого апостола Павла к евреям. – Казань, 1904 (докторская диссертация); Толковый апостол. – СПб., – Ч. 1-3; Православно-христианское нравственное богословие. – СПб, 1894; Объяснение правильного богослужения. Казань, 1894. – Вып. 1-3.

3. Все исторические и публицистические статьи архиепископа Никанора, о которых речь пойдет ниже и которые были опубликованы в разные годы отдельными брошюрами и в журналах, в 1911 собраны церковным историко-археологическим обществом Казанской епархии и перепечатаны в книге: «Казанский сборник статей архиепископа Никанора».

4. Явление чудотворной иконы Казанской Божьей Матери. – Казань, 1889; Прославление Смоленской иконы Божьей Матери. – Казань, 1889; Казанские первосвятители. – Казань, 1890.

5. Владенные грамоты Казанского Спасо-Преображенского монастыря // Известия Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете. – Казань, 1893. – Т. 11. – Вып. 1; Вотчины и угодья Кизического Казанского монастыря. – Там же.

6. Яковлев И.Я. Моя жизнь. Воспоминания. – М., 1997. – С. 222-223.

7. Алексеев И.Е. Русское национальное движение в Казанской губернии и Татарстане: конец XIX-начало XXI веков. – Казань, 2004. – С. 42.

8. Зеленецкий А. Казанский Богородичный женский монастырь: Краткий исторический очерк. – Казань, 1910; Яблоков А.П. Кафедральный Благовещенский Собор. – Казань, 1910; Он же. Город Свияжск. – Казань, 1911 и др.

9. Казанский сборник статей архиепископа Никанора. – Казань, 1910.

10. Епископ Андроник (Богословский Андрей Георгиевич) (1845-1928). Уроженец Ставропольской губернии, в 1869 году закончил Ставропольскую духовную семинарию, с 1869 был священником в Ставропольской епархии. С 1900 года служил в Богоявленском соборе города Ирбита Екатеринбургской губернии. Там он познакомился и подружился с епископом Никанором, последовал за ним сначала в Гродно, потом в Варшаву, где был экономом архиерейских домов. В 1908 году постригся в монашество и сразу был возведен в сан архимандрита. О его службе в советское время см. в статье о сщмч. Кирилле (Смирнове).

Вернуться к списку

Последние добавления